?

Log in

No account? Create an account
Мое самое большое достижение в 2013 году - это умение нажать в ЖЖ на кнопку "оставить комментарий", подумать - и ничего не написать. Так появляется самоконтроль. Так не появляются раздражающие и бессмысленные споры с глупцами.

Добро пожаловать в АД!

ОТКРЫВАЙТЕ ШИРЕ СВОИ ГЛАЗА!!
И смотрите эти фотографии!

ШУБА - это ДИКИЕ животные, всю свою "жизнь" проводящие в вонючих, маленьких клетках, с решетчатым полом, который режет им лапы в кровь.

Это - ДИКИЕ звери, вынужденные постоянно, до момента забоя, находиться в замкнутом пространстве.

Это- животные - инвалиды, БЕЗ лап, хвостов, ушей, с кровоточащими ОТКРЫТЫМИ ранами, со слипшимися от гноя глазами, С ВЫТЕКШИМИ ГЛАЗАМИ, слепые, с больными суставами, с разбухшими воспалёнными от инфекций деснами, ОНИ НЕ МОГУТ ДАЖЕ ЕСТЬ.
Их раны НИКТО и НИКОГДА НЕ ЗАЛЕЧИТ!

Это - ЖИВЫЕ животные, находящиеся в одной клетке с МЁРТВЫМИ собратьями, с РАЗЛАГАЮЩИМИСЯ ТРУПАМИ.

Это - животные с поломанной психикой, ЗАТРАВЛЕННЫЕ, ЗАБИТЫЕ...... МОЛЧА ОЖИДАЮЩИЕ СВОЕГО, НЕ МЕНЕЕ СТРАШНОГО, ЧЕМ ИХ НЕДОЛГАЯ И МУЧИТЕЛЬНАЯ ЖИЗНЬ, КОНЦА.

ЭТО - дикие животные (РЫСЬ, ВОЛК и т.д. ), попавшие в капкан. Это НЕПЕРЕДАВАЕМОЕ СТРАДАНИЕ зверя в течение нескольких дней, пока не придет охотник и не прикончит его.
И, нет, это не будет пуля. Их будут убивать, РАЗДАВЛИВАЯ ГРУДНУЮ КЛЕТКУ, чтобы не повредить ВАШ ГРЕБАННЫЙ МЕХ.

Если в капкан попала МАТЬ, она ОТГРЫЗЁТ СЕБЕ ЛАПУ, чтобы вернуться к детям, которые, она знает, без нее не выживут, но она все равно УМРЕТ ОТ ЗАРАЖЕНИЯ КРОВИ.

ШУБА - это смерть от ЭЛЕКТРИЧЕСКОГО ТОКА. Лис так убивают. Вы не знали?!

Представьте, что вам в зад засунули ЭЛЕКТРИЧЕСКИЙ ПРОВОД, затем его просунули в прямую кишку и пустили ток. Вы подохнете, сгорая изнутри, от сердечного приступа. Так умирают лисы, ЧТОБЫ У ВАС БЫЛА ШУБА.

ШУБА - это также агонизирующие в газовых камерах, умирающие долгой и мучительной смертью от удушья, или корчащиеся от боли, с переломанными позвоночниками и шеями, норки.

ШУБА - это ободранное изувеченное тело.... У которого еще бьётся сердце ..

ВАША ЧЕРТОВА ШУБА - это ЖИВОЕ, НИ В ЧЁМ НЕ ВИНОВАТОЕ И СОВЕРШЕННО БЕЗЗАЩИТНОЕ ПЕРЕД ВАМИ, МОНСТРАМИ, ПОКУПАЮЩИМИ МЕХ, СУЩЕСТВО, КОТОРОЕ ОСВЕЖЕВАНО ЗАЖИВО, С КОТОРОГО СНЯЛИ ЕГО КОЖУ ЖИВЬЁМ.

СОДРАЛИ ЗАЖИВО И ЕГО, ЕЩЕ ЖИВОГО, ДАЖЕ НЕ ДОБИЛИ, А ПРОСТО ВЫКИНУЛИ МЕДЛЕННО ПОДЫХАТЬ. А он будет подыхать еще ооооочень долго. Он будет подыхать еще от 10 до 20 МИНУТ

20 минут его сердце будет биться, 20 гребанных минут он будет подыхать от БОЛИ, которую вы, ТВАРИ, носящие мех, никогда не испытаете.

РЕАЛЬНАЯ ЦЕНА ВАШИХ ШУБ - ЭТО 50 000 000 ЗАГУБЛЕННЫХ ЖИЗНЕЙ В ГОД.

ЭТО СТРАДАНИЯ, КОТОРЫЕ НЕВОЗМОЖНО ПЕРЕДАТЬ, ЭТО АД, РУКОТВОРНЫЙ АД, КОТОРЫЙ ВЫ СОТВОРИЛИ.

Прозомбированные биороботы, не желающие знать правду, отгораживающиеся от нелицеприятных фактов, от РЕАЛЬНОСТИ, предпочитающие НЕ ЗНАТЬ и НЕ ДУМАТЬ.

Их кровь на ВАС.




Больше http://vk.com/album-34867240_176788773
Фабрики смерти.


Фабрики смерти. Концлагерь для коров

На современных фермах применяются интенсивные методы выращивания животных, при которых с ними обращаются как с машинами для производства яиц, молока и мяса. Телят отнимают от матерей сразу после рождения. Их помещают в тесные клетки, а большая часть коровьего молока, которая предназначалась для телёнка, идёт людям.

Разлучение с матерью является огромным стрессом, как для новорождённого телёнка, так и для коровы-матери. Теснота, духота и одиночество травмируют психику телёнка, и у него развивается не нормальное поведение — он лижет стенку загона или собственную мочу.
Фабрики смерти. Концлагерь для коров

Яичные куры содержатся в настолько тесных клетках, что на каждую птицу приходится площадь, размером чуть меньше одного альбомного листа. То есть они не могут даже распрямить крылья!В результате у птиц развивается аномальное поведение: они выдёргивают собственные перья и заклёвывают более слабых птиц.


Фабрики смерти. Концлагерь для коров

Чтобы сократить количество таких случаев, цыплятам отрезают часть клюва, что для них очень болезненно.


Фабрики смерти. Концлагерь для коров

У бройлерных кур рост костей не поспевает за ростом мышц, и ноги сгибаются под тяжестью тела. Это произошло в результате целенаправленной селекции. 4/5 бройлеров имеют поломанные кости или другие дефекты костей. Цыплятам больно стоять и они сидят на скрюченных ногах. Они не могут добраться до еды и воды.


Фабрики смерти. Концлагерь для коров

Свиньи — это высокоразвитые животные, их интеллект близок к интеллекту собаки. Свинофермы — это настоящие концлагеря для несчастных животных. Чтобы поросята быстрее набирали вес, их кастрируют, причём без обезболивания.


Фабрики смерти. Концлагерь для коров

Очень часто свиней содержат на голом цементном или на перфорированном полу. За рубежом при промышленном разведении свиней 20% поросят погибают в течение первых 8 месяцев жизни. Если бы не регулярное введение антибиотиков, то уровень смертности был бы еще выше. Животным постоянно дают стимуляторы и гормоны, и из-за этого они всего за 5 месяцев набирают вес 100 кг!


Фабрики смерти. Концлагерь для коров

Путь на бойню начинается именно отсюда.
Для большей части сельскохозяйственных животных смерть — единственное избавление от страданий. Скотобойни напоминают картины ада, где животных убивают с недостаточным оглушением или без него, просто перерезая горло.


Фабрики смерти. Концлагерь для коров

В том случае, если мясо животных должно пойти на экспорт, их везут на бойню в другую страну. Такие перевозки очень мучительны для животных, т.к. их избивают при погрузке, а во время транспортировки им часто не дают воды, еды, отдыха на протяжении нескольких суток.Смогли бы вы пережить длительную поездку в переполненной летней электричке, когда в течение нескольких дней Вам не дают присесть, Вы не можете поесть, попить и сходить в туалет? Не удивительно, что часть животных умирает во время таких перевозок.
Что касается рыб, то они имеют сложнейшую нервную систему и испытывают боль примерно так же, как и человек. Профессор Франк Херд, микробиолог из Мельбурнского Университета, на протяжении 10 лет изучавший чувствительность рыб к боли, говорит: "Аргумент, что рыбы не чувствуют боль, очень удобен". Поэтому вегетарианцы отказываются от потребления не только мяса, но и рыбы. Строгое вегетарианство, называемое веганством, подразумевает отказ от всей продукции животного происхождения, которая всегда связана с эксплуатацией животных.

Фуа-гра. Как получают гусиную печень
Печёночный паштет стоит очень дорого. Но наибольшую цену платят за него животные.
14 миллионов гусей и уток во Франции, Венгрии, Румынии, Болгарии, США должны страдать ради прихоти гурманов всего мира. Больше всего в мире производит этого продукта Франция — 10.000 тонн жирной гусиной и утиной печени. В Германии, Австрии и Швейцарии производство печени уже запрещено. Однако эти страны являются крупнейшими импортёрами этой продукции, и по действующим торговым соглашениям запретить импорт печени пока нельзя.
Фабрики смерти. Концлагерь для коров

Печень — это наибольший орган обмена веществ в организме теплокровных. Она может перерабатывать большие количества сахаров, жиров и белка. С её помощью нейтрализуются и выводятся многие яды в организме. Если этот орган достигает границы своих возможностей, жир начинает накапливаться в клетках печени и она растёт. Это свойство печени и используют для производства утиной печени промышленным способом.


Фабрики смерти. Концлагерь для коров

Три раза в день каждая утка принудительно набивается. Для этого рабочий входит в загон, хватает одну утку, которая судорожно пытается убежать. Он прижимает её к полу, вытягивает голову вверх и растягивает шею. Потом сильно сжимает ей клюв, чтобы принудить птицу раскрыть клюв и вталкивает металлическую трубку в горло. Трубка вставляется глубоко до желудка. Потом воздушная пумпа несколькими сильными толчками насильственно вдавливает птице 6-7 фунтов кукурузы или овсянки, что в десять раз превосходит нормальное количество корма. Эта процедура нередко приводит к разрыву желудка и зоба. Рабочие часто не смотрят, правильно ли птица позиционирована при кормлении. Один из рабочих свидетельствует о том, что у животных появляются опухоли, вызываемые ранами от трубок. У одной из уток шея была настолько поранена и усеяна червями, что когда она пила, вода выливалась наружу.
Ветеринары сообщают, что уже через короткое время такого откорма в связи с повреждением глотки и пищевода птицы уже не способны питаться самостоятельно. Кроме того, появляется высокая опасность инфекционного заражения, поскольку одна и та же трубка используется для множества животных без предварительной дезинфекции. Еда зачастую попадает в лёгкие, что вызывает воспаление лёгких. Распространяются инфекции, которые лечат антибиотиками и другими лекарствами, которые в конце концов попадают к нам.
Огромное количество животных погибает, не дожив до бойни. Один из рабочих сообщил корреспондентам, что те сотрудники, у кого умирает меньше чем 50 "их" птиц, получают премию.
Другие "способы" обращения рабочих с птицами также заставляют содрогнуться: рабочие повседневно переносят их за шеи. При этом утки хрипят и выделяют от страха кал и мочу. У множества уток кровоточат крылья и бока, поранены клювы и лапы. Эксперты говорят, что "птицы выглядят больными. Их глаза безучастны, они не чистятся — перья неухожены. Это может происходить только в том случае, когда животные очень страдают. Будучи очень слабыми, ранеными или больными, многие утки не двигаются или не в состоянии передвигаться без помощи крыльев".


Фабрики смерти. Концлагерь для коров

Поскольку только печень селезней используются для паштетов, птенцы самок буквально выбрасываются на помойку: после сортировки птенцов по полу рабочие наполняют бак для отходов кипяченой водой и заталкивают птенцов в нейлоновый мешок. Мешок завязывается и бросается в бак. Если мешок всплывает, его придавливают огромным камнем. Те птенцы, которым удаётся выплыть наружу через отверстие в мешке, убиваются ударом о стенку бака.




Откорм длится всего 4 недели и в конце этого периода печень птицы весит примерно 1,3 — 1,5 фунтов, то есть в 6 -12 раз больше, чем печень нормальной утки (30 — 60 грамм). Она сильно давит на другие органы. Утки оказываются смертельно больны.
Именно этот деградированный, полный антибиотиков, ядов, жира и холестерина продукт продают как "свежую утиную печень".
Известный учёный, лауреат Нобелевской премии, один из основателей науки о поведении животных Конрад Лоренц назвал это "производство" "позором для всей Европы".


К 2008 г. производство гусиной печени запрещено в Великобритании, Германии, Чехии, Польше, Норвегии, Аргентине, Финляндии, Швейцарии, Люксембурге и Израиле. В 2006 году фуа-гра была запрещена в Чикаго. В Калифорнии подобный запрет вступит в силу в 2012 году.

Концлагерь для коров
— А нож ты с собой на работу носишь? – спросила как-то соседка Катя, раньше работавшая дояркой.
— Зачем? Коровы периодически падают, запутываются в цепи и, если вовремя не поднять, дохнут…
У меня такое было. Если видишь, что телка упала и подняться не может, беги и зови мужиков – сама не поднимешь. А если видишь, что она уже удушилась насмерть, никого не жди, сразу полосуй по горлу, где сонная артерия, чтобы кровь вышла. Если ты с трупа вовремя кровь не выпустишь, мясо будет не годным на продажу, и с тебя потом сорок тысяч вычтут. Обязательно держи наготове нож!
Фабрики смерти. Концлагерь для коров

Так вот зачем по правилам надо постоянно меж коровами ходить и расправлять перекрученные ошейники! С тех пор как я узнала причину, внимательность моя к буренкам повысилась. Я просто не представляла, как смогу перерезать горло корове. Тем более на глазах ее перепуганных товарок. Но работа на ферме учила более простому отношению к убийству…
При первом удобном случае я бегала в «родилку» смотреть на новорожденных телят и кормить конфетами будущих мамочек. В одном из соседних с телятами вольеров лежала молоденькая коровка, которая давно переросла детский возраст, но в стадо ее не отправляли, так как она родилась с больными суставами и не умела стоять. Только лежала да печально облизывала свои опухшие коленки и протянутые к ней руки. Жестокая судьба зачем-то наградила именно эту безнадежно больную животинку очень ласковым и кротким нравом.
— А что с ней будет? – задала я как-то дояркам вопрос.
— Убьют, как только найдут заказчика на мясо. А пока откармливают. Чем больше вырастет, тем дороже продадут…
Я надеялась, что будет это не скоро, и сдуру решила дать ей имя – Дуняшка. Каждый вечер я таскала Дуняшке бутерброды с маслом. Она их обожала и встречала меня радостным мычанием. Однажды, придя на «свидание», я увидела Дуняшину сизую печень и перламутровые кишки, а рядом ее голову с помутневшими от боли глазами и вывалившимся языком. Тем самым шершавым и еще теплым языком, что каждый вечер облизывал мне руки.
Ничего особенного не случилось. Обычный рабочий момент. Но я очень долго плакала потом, убирая за своими подопечными. Даже не столько о Дуняшке, сколько от осознания жестокости системы животноводства вообще. Только подумать: вот они стоят, живые и теплые существа, которые никогда не знали мамы. Которых кормят лишь для того, чтобы в свое время отнять уже их детей на съедение, выдоить молоко и убить при первой возможности. С другой стороны, глупо оплакивать корову, которая выращена для того, чтобы стать бездушными килограммами мяса. И потом даже в Библии сказано, что животных Бог создал для еды!
— Жить в деревне и бояться убить скотину глупо! – поучал меня дядя Леша. – Вот взяла ты корову, первые семь лет она постоянно родит, потом еще года три доится, и все. А жизнь-то у нее впереди еще длинная (в среднем буренки могут прожить 25 – 30 лет. – Я. Т.) Никто ее не купит. И что, будешь кормить, поить ее за красивые глаза?…
Ферма – коровий концлагерь
И все же деревенские жители сами режут только птицу. А для того чтобы зарезать корову, приглашают кого-то. Ведь, как ни крути, у нее есть имя. Теленком она с детьми играла и за печкой спала… Тот же дядя Леша, когда пришло время резать их с женой Зорьку, сказал другу: «Ты, Саня, как хочешь, а я пошел». Не мог ударить меж глаз, которые – он помнил – еще недавно понимающе и терпеливо смотрели на него, когда он промывал жгучим лекарством и перебинтовывал ей рану на ноге. Он говорил ей: «Стой!» – и она понимала, только вздыхала да мукала от боли. Но стояла, не шелохнувшись. Свои коровы – они все же любимые животные. А вот на ферме…
Ферма – это маленький коровий концлагерь. Колхозные коровы редко живут больше трех лет: переломы, маститы, неудачные роды… Лечат их редко, и только если лечение не предусматривает больших усилий. Больное вымя ихтиоловой мазью мажут. Помогло – хорошо, нет – под нож! Зажила быстро перевязанная с той же ихтиолкой нога – хорошо, нет – голову долой! И даже если удалось буренке ничем не заболеть, есть такая безжалостная операция, как контрольная дойка, когда каждую корову доят не в общую емкость, а отдельно и меряют, сколько дает. Если меньше положенного – тоже под нож.
Особенно часто убивают в «родилке». Ведь коровьи роды тяжелы. Теленок либо выживает, либо нет. А незадачливой рогатой маме в лучшем случае доярка скажет: «Ну прости, мать…» – и вместо врача пригласит «резаков». Как правило, это пастухи – спокойные, вовсе не злые, простые ребята. Они приходят с ножами и прямо здесь же, по соседству с другими будущими рогатыми мамами, совершается убийство. Я видела…
Ударив в лоб и обматерив за сопротивление, ослабевшую животину заваливают и вспарывают ей сонную артерию. Привычно, без эмоций, зевая. А вокруг, обреченно прижавшись к яслям, стоят товарки жертвы. В их глазах нет агрессии, нет протеста, только тоскливое, тягучее отчаяние. И здесь же другая телка в муках рожает очередное обреченное на смерть существо.…
Умирая, корова не мычит, стонет, а из глаз ее льются капли, которые, увидев однажды, вы всю жизнь с надеждой будете называть «просто выделениями»: «Ведь животные не плачут? Так ученые говорят!»
Быки чувствуют запах смерти…
Убить быка гораздо сложнее. Возможно, как раз потому, что у них в отличие от дойных коров только одно предназначение. Как раз это самое – быть убитыми. Племенными становятся единицы, а остальных выращивают на мясо. И быки, кажется, чувствуют это. …
Впрочем, резать быков в коровнике нет смысла. Их закупают живьем, партиями, и везут на мясокомбинат, а там убивают током. Однако, говорят, быки чувствуют сам запах смерти. Очень часто они попросту отказываются идти в машину с мясокомбината, хотя в ней нет и следа крови. Каким-то шестым чувством животные знают, что машина «оттуда»… Ревут, упираются, ломятся назад, и их загоняют в кузов кнутами. …

(с) «Прости мать или откровение колхозницы», «Комсомольская правда», 25 февраля – 4 марта 2010 г.
Гришка любит мятые абхазские мандарины. Странно. Странно, что он об этом узнал. И очень любит внимание: ну, не можешь поиграть, так хоть поговори! Ну, хоть повернись, посмотри, - ему не много надо! Он не проскочит мимо возможности обрадоваться! И еще - он любит свое имя. Странно. Странно, что оно у него есть.

И еще странней, что есть сам Гришка, что ему уже целых два с половиной года, а он все еще есть!

Гришка - один из миллиардов и один на миллиарды. Один из миллиардов миллиардов тех, кого богоподобный и прекрасный человек, пользуясь правом более физически сильного, лишает всего. Возможности жить, радоваться, играть, носиться, прыгать, любить, растить своих детенышей. Один из миллиардов миллиардов тех, кого homo sapiens, явно пороча прилагательное в названии своего вида, сажает в тесную клетку, в которой и развернуться не просто, и долго-долго, мучительно-мучительно убивает. Зачем? Ну, мало ли... Иногда просто для того, чтобы убедиться, что выпускаемая пенка для волос достаточно токсична, чтобы делать волосы ломкими и тусклыми. Может, стоит разработать не столь агрессивную пенку? А смысл? Если тот же производитель выпускает шампунь для волос, лишенных жизненной силы?

Гришку, совсем маленьким, с такими же обреченными на пытки и смерть, в тесную клетку посадили. Но он - один на миллиарды миллиардов обреченных - покинул ее живым и не "введенным в эксперимент". Я не до конца понимаю, как ему это удалось. Его спасла длинная цепь случайностей, не произойди, хоть одна из которых, включая тот факт, что наступавший 2011 год был годом кролика, Гришки бы давно не было. И в возрасте около 4 месяцев, когда его жизнь подопытного кролика из вивария, как раз и должна была окончиться, она только началась!

И Гришка оценил могущество случая! Мне кажется, каким-то шестым - седьмым - десятым чувством он ощутил край и запомнил жуть тесной клетки, в которой сидели по несколько крольчат, мешая друг другу.

Из вивария он попал к заводчице карликовых кроликов - на передержку. Там он жил уже в большой клетке, из которой его выпускали погулять. При этом Гришка выражал радость, подпрыгивая, качая ушами и высоко закидывая задние лапы. Пробегая по комнате, проявлял живейший интерес к другим кроликам, заглядывая во все клетки. Впрочем, на контакт он пошел не сразу, но со временем спасшую его заводчицу удивил покладистостью и исключительным дружелюбием ко всем.

Я забрала Гришку, когда ему было около 8 месяцев. Имя дала я - это транскрипция французского "серый кот". Привыкали мы с ним друг к другу непросто. У меня незадолго до этого умер кролик - при посильном участии ветеринаров. Их в свое время учили здоровых кроликов резать, поэтому лечить больных они не умеют. А Гришка успел привыкнуть к тому дому и переживал.

Я хорошо помню затравленно вжавшегося в угол под столом зверька, внимательно следящего за мной темно-серым недоверчивым глазом весь первый вечер нашего знакомства. При моей попытке приблизиться, протянуть руку, он с неожиданной ловкостью перебегал в другой угол - под кроватью. Когда мне удавалось его поймать, держать его следовало очень крепко, потому что вырывался Гришка отчаянно. Так продолжалось недели две. Первые три дня он даже стонал от страха, оказываясь у меня в руках. И это, несмотря на природную молчаливость кроликов, так охотно эксплуатируемую фокусниками. Ловила я его, чтобы посадить в клетку на ночь или на то время, когда уходила из дома. Пока он не привык к дому, оставлять его без присмотра было рискованно.

В первую ночь, закрытый в клетке, он сидел страшно несчастный и обиженный, даже не понюхав еду. А было все, что только может пожелать кролик. Не прикоснулся. Перед рассветом стал в клетке испуганно топать. Я тихонько отодвинула дверцу, он отпрянул, я легла на кровать. Через минуту он выскочил. Меня не увидел, вероятно, решил, что я его не вижу тоже. И тут в сумерках начинающегося апрельского рассвета я увидела настоящего Гришку! Он быстренько и с интересом проскочил по комнате и вдруг начал прыгать! Высоко, с разворотами, - в каком-то легком, дурашливом восторге! В темноте - взмывало вверх, переворачивалось в воздухе и снова подпрыгивало веселое серое привидение! Вероятно, так свободно он никогда себя до этого не чувствовал. Я уверенна, что, пошевелись я или издай хоть звук, он убежал бы в свой угол, но я лежала, затаив дыхание. А Гришка исполнял первый в своей жизни танец радости!

Поначалу мои попытки проявить к нему внимание, которого сейчас он так настойчиво добивается, его пугали. Даже просто почувствовав взгляд, он настораживался и замирал. Но любопытство брало верх! Украдкой, когда ему казалось, что я его не вижу, он обнюхивал и намечал подбородком мои вещи. Иногда, остановившись неподалеку, приподнимался на задние лапы и, задирая голову, рассматривал меня, сидящую в кресле или у стола. Мог улечься рядом, а при попытке погладить - убегал. Но уже не так испуганно, как застенчиво-игриво. Вертляво подскочив и махнув из стороны в сторону ушами, он отскакивал на несколько шагов, но в угол уже не забивался.

Интерес Гришка проявляет буквально ко всему и во всем происходящем стремится принять самое деятельное участие. Опасаясь что-то пропустить, он крутится под ногами, несется за мной следом, куда бы я ни пошла, бросая спать и есть, дожевывая на бегу. Кстати, очень понравилась Гришке свежая трава, особенно, если дать ворохом! Я приспособила для этого крышку с большой обувной коробки, в которой Гришка впервые в жизни смог порыться и даже поваляться на траве. Вот это было - да!

А летом Гришка видит самое интересное - землю. Траву, цветы, кусты, деревья и даже елку! Что тут начинается! Гришка мотается по всему огороду сложными траекториями, прыгает боком, разворачивается в воздухе чуть не на 360 градусов, подпрыгивает метра на полтора вверх, нарезает круги, роется в палисаднике! И, конечно, он все попробовал и быстро научился лопать клубнику "с куста"! Гуляет он утром и вечером, а днем, в жару уходит домой. Часто приходит из огорода сам, когда начинает припекать, не прячась в тень, - вероятно, спать спокойней на веранде.

Днем в доме, как правило, никого не бывает, все - во дворе, и когда Гришке кажется, что ему уже пора выходить, он начинает маяковать в окне. На веранде запрыгивает на обувной шкафчик, с него - на высокий табурет и, поднявшись на задние лапы, начинает, вскидывая голову, выглядывать в окно. Или даже умудряется, хоть это и не очень удобно, стать, опираясь передними лапами о совсем узенький подоконничек, и, положив на лапы мордаху, неподвижно смотреть в окно. Заметив, что его увидели, Гришка оживляется, начинает часто, мелко вскидывать голову, пытается крутануться и обрушивается вниз. Но настроение у него от этого не портится!

Как это все странно. Как странно, что все это у Гришки есть. Как странно, что у него есть целая жизнь. Она могла быть совсем короткой, совсем безрадостной и страшной. Он мог ни разу не пробежать, ни разу не подпрыгнуть, - ни разу! Никогда не увидеть травы, никогда не поваляться на земле - никогда! Гришка мог никогда не увидеть снега и не знать, какой это кайф - кувыркаться в снегу!

Вместо всего этого он мог в возрасте около 3 - 4 месяцев мучительно умирать, обездвиженный и зафиксированный в одном положении, разъедаемый каким-нибудь концентрированным химическим соединением. Как умирают миллиарды миллиардов точно таких же Гришек.

У Гришки очень тонкие, непомерно тонкие и узкие лапы - черная метка вивария, передающаяся по наследству. И совершенно собачья, трогательная преданность. Не имея другого способа выразить свое расположение, Гришка лижется и мягко подсовывает под ладонь серую мордочку.

Больше всего на свете он любит прыгать. И еще - мятые абхазские мандарины.
Как странно. Как странно, что Гришка есть. Какая неслыханная удача.

(с) vita.org
Когда придёт в Россию человек,
который бы не обманул России?
В правительстве такого чина нет,
но, может быть... когда-нибудь... впервые...
А что он сможет сделать лишь один?
Как столько злоб в согласие он сложит?
Мы ни за что его не пощадим,
когда он лучше сделать нас не сможет.
А как он лучше сделается сам,
когда обязан, как бы ни обрыдло,
прислушиваться к липким голосам
элиты нашей липовой и быдла?
Здесь уж быть должен медленен, но быстр.
Как сделать, чтобы бомбы или пули
прицельно попадали лишь в убийц,
а всех детей и женщин обогнули?
Как сохранить свободу и терпеть
нахальную невежливостьсвободы?
Взять в руки крепостническую плеть?
Но выпоротый пишет слабо оды.
Как не звереть, матрасы распоров,
не рыться в каждой люльке, в каждом гробе?
Казнить больших и маленьких воров?
Россия станет, как пустыня Гоби.
Кровь Углича, Катыни, Колымы
размыла честь. Никто не наказуем.
Собою обесчещенные, мы
по честности, но лишь чужой, тоскуем.
Не раздавать бы детям леденцов,
а дать бы горькой памяти последки,
когда над честной бедностью отцов
смеются, как над глупостью, их детки.
А вдруг придёт в Россию человек
не лжемессия с приторным сияньем,
а лишь один из нас, один из всех,
и не обманет – мы его обманем?
Когда придёт в Россию человек?
Когда.... когда все будут человеки.
Но всё чернее и чернее снег,
и всё отравленней и мы, и реки.
И тёмная тяжёлая вина
лежит на мне, и на кремлёвском троне,
и даже – да простит меня она! –
на нищей солженицынской Матрёне.
Не хлеба – человека недород
в России, переставшей ждать мессию.
Когда придёт в Россию тот народ,
который бы не обманул Россию?

Н.Ф Евтушенко

И вновь ученые о вере

Оригинал взят у san_diegan в О науке, религии и проч.
Очень хорошее интервью моего друга Миши Кацнельсона, одного из лучших теор- и не только теор-физиков, очень хорошей журналистке по науке Наташе Дёминой. Не знаком, к сожалению ))

— Вы живете в Нидерландах, но нередко бываете и в России, и в других странах мира. Часто ли приходится дискутировать о взаимоотношениях науки и религии? Приходится ли вести такие разговоры в России чаще, чем где-то еще?

- Почти никогда не приходится. Так получилось, я живу в основном не в «странах», а в научном сообществе (то, что называется Academia). Крайне редко общаюсь с кем бы то ни было за его пределами, а если иметь в виду глубокое общение (необходимое для обсуждения по-настоящему важных вопросов), то, пожалуй, и вовсе не общаюсь. А в научном сообществе на эти темы говорить не принято. Друзья знают, конечно, что я верующий, относятся к этому спокойно и без особого интереса. Ну, верующий, и верующий. Иногда обсуждаю соответствующие вопросы в своем блоге (русскоязычном, естественно), но, с учетом накопленного опыта, сейчас больше под замком, то есть для своих. Иначе набегают всякие слаборазумные существа, и начинается...
___________________________

— В чем, на Ваш взгляд, главные причины всплеска критических настроений к РПЦ? Как бы Вы описали ситуацию с взаимоотношением науки, образования и религии в нашей стране?


- Думаю, это связано с политической оппозиционностью. Интеллигенция власть не любит (и не сказать, чтобы совсем уж необоснованно), а РПЦ воспринимается как структура, очень тесно связанная с «режимом» (и тоже нельзя сказать, чтобы совсем уж необоснованно). Что, на мой личный взгляд, Церкви действительно на пользу не идет. Режимы приходят и уходят, а, как известно, Иисус Христос и вчера, и сегодня, и вовеки Тот же. Лучше бы, конечно, держать дистанцию. Но это чрезвычайно сложный и болезненный (для верующего православного человека, каковым я являюсь) вопрос. Надо очень основательно копаться в истории, от Вселенских Соборов до раскола русской Церкви после революции. И там, конечно, очень много и боли, и крови, и грязи. История, она вообще такая....

...Понимаете, если Церковь воспринимать как «общественную организацию» (как ее только и могут воспринимать неверующие), договориться невозможно. Потому что для верующих Церковь — она не для этого, она для спасения. По совсем большому счету, для православного вопрос один: действительно причастие или недействительно. Пока нет оснований считать, что причастие недействительно, все эти «попы на мерседесах» — это просто не о том. ... Надо попытаться понять, зачем верующим Церковь. Иначе разговор не получится. Но можно, конечно, и не разговаривать, ничего страшного. Очень часто лучше молчать, чем говорить...

...Давайте я еще попробую сказать по-другому. По сути, в основе веры и в основе религии (это не одно и то же, но так мы далеко зайдем) лежит определенный тип опыта. Внутреннего опыта. Религиозного. Если угодно, мистического. Если у человека такого опыта нет, ну, живет он себе, и живет. Осуждает попов на мерседесах, и всё такое прочее (и, опять же, в миллионный раз скажу — нельзя сказать, чтобы совсем уж необоснованно; христианам не рекомендуется слишком сосредоточиваться на чужих грехах, а так-то — чего же не осуждать)...

------------------------------------


— Сейчас нередко говорят и пишут о надвигающейся клерикализации. Люди видят угрозу в наступлении РПЦ на школу и вузы. Считаете ли Вы их опасения оправданными?


- На мой взгляд, конституционный принцип «Россия — светское государство» очень важен и для государства, и для Церкви. В государственных школах и вузах образование должно быть строго и безоговорочно светским....

....Нужно, правда, иметь еще в виду, что принудительное промывание мозгов часто достигает результатов, прямо противоположных желаемым. Сколько меня пичкали в свое время марксизмом-ленинизмом вообще, и «научным атеизмом» в частности, заставили даже вечерний университет марксизма-ленинизма закончить, философское отделение. Ну, и каков результат? Махровый идеалист и убежденный антимарксист. Как говорил товарищ Берия на похоронах товарища Сталина, «кто не слеп, тот видит».

Если же речь идет об эволюции и креационизме и тому подобных вещах, нужно иметь в виду, что в Символе веры ничего про дарвинизм не сказано и ничего «православного» или «антиправославного» ни в каких конкретных естественнонаучных утверждениях нет и быть не может. Всё, в общем, написано уже об этом, у А.К. Толстого в «Послании Лонгинову о дарвинизме»....

______________________________________

— Когда Вы видите фразы «атеисты — они больные люди» или «верующие — это же больные люди», то что думаете?

- Ну, вот, когда я в ответе на первый вопрос написал о слаборазумных существах, которые иногда заглядывают в мой блог, я вот именно что-то такое и имел в виду.

http://trv-science.ru/2013/03/26/mnogie-v-nashe-vremya-veryat-tolko-v-khirsh-faktor/#comments

Ученые о Боге и вере

Чтобы не потерялось.
С. Хокинг:
Из представления о том, что пространство и время образуют замкнутую поверхность, вытекают также очень важные следствия относительно роли Бога в жизни вселенной. В связи с успехами, достигнутыми научными теориями в описании событий, большинство ученых пришло к убеждению, что Бог позволяет Вселенной развиваться в соответствии с определенной системой законов и не вмешивается в ее развитие, не нарушает эти законы. Но законы ничего не говорят нам о том, как выглядела Вселенная, когда она только возникла, - завести часы и выбрать начало все-таки могло быть делом Бога (Краткая история времени, 2013, изд. «Амфора», С. 178-179).
А, Эйнштейн:
«Наука может быть создана только теми, кто насквозь пропитан стремлением к истине и пониманию. Но источник этого чувства берёт начало из области религии. Оттуда же — вера в возможность того, что правила этого мира рациональны, то есть постижимы для разума. Я не могу представить настоящего учёного без крепкой веры в это. Образно ситуацию можно описать так: наука без религии — хрома, а религия без науки — слепа».

М.Планк:

Куда ни кинь взгляд, мы никогда не встретим противоречия между религией и естествознанием, а, напротив, обнаруживаем полное согласие как раз в решающих моментах. Религия и естествознание не исключают друг друга, как кое-кто ныне думает или опасается, а дополняют и обуславливают друг друга. Самым непосредственным доказательством совместимости религии и естествознания, даже при самом критическом взгляде на вещи, вероятно, является тот исторический факт, что глубокой религиозностью были проникнуты как раз самые великие естествоиспытатели всех времен – Кеплер, Ньютон, Лейбниц.
К началу нашей культурной эпохи занятия естественными науками и религией находились в одних и тех же руках. Старейшей прикладной естественной наукой – медициной – занимались жрецы, а местом проведения научных исследований в средние века были главным образом монашеские кельи. Позже, по мере детализации и разветвления культуры, пути науки и религии стали постепенно все более расходиться в соответствии с различием задач, которым они служат. Ибо насколько знания и умения нельзя заменить мировоззренческими убеждениями, настолько же нельзя выработать правильное отношение к нравственным проблемам на основе чисто рационального познания. Однако оба эти пути не расходятся, а идут параллельно, встречаясь в бесконечности у одной и той же цели.
Для правильного понимания этого нет лучшего средства, чем продолжить усилия, направленные на углубление постижения задач и сущности, с одной стороны, естественнонаучного познания, с другой – религиозной веры. Тогда станет все более очевидно, что даже при различии методов (наука преимущественно пользуется разумом, а религия – верой) смысл работы и направление прогресса полностью совпадают.
Следует неутомимо и непрестанно продолжать борьбу со скептицизмом и догматизмом, с неверием и суеверием, которую совместно ведут религия и естествознание, а целеуказающий лозунг в этой борьбе всегда гласил и будет гласить: к Богу!
(Планк М. Религия и естествознание.//Вопр. филос. – N8 – 1990.)

Блез Паскаль
Знание первых начал, как, например, что существует пространство, время, движение, число, прочно как ни одно из знаний, получаемых нами путем рассуждения. На эти-то знания сердца и инстинкта должен опираться разум и на них строить свои рассуждения. Сердцем мы чувствуем, что есть три измерения в пространстве и что числа бесконечны, а разум потом доказывает, что нет двух квадратных чисел, из коих одно было бы удвоением другого. Начала чувствуются, а суждения выводятся, то и другое с уверенностью, хотя и различными путями. Смешно со стороны разума требовать у сердца доказательств его основных начал, чтобы согласиться с ними, как одинаково смешно было бы сердцу требовать у разума чувствования всех делаемых им заключений, чтобы принять их.
Следовательно, это бессилие должно служить только к смирению разума, которому хотелось бы судить обо всем; а не к опровержению нашей уверенности, как если бы только один разум был способен руководить нами. Дай Бог, чтобы, напротив, мы никогда не имели нужды в разуме, а познавали все вещи инстинктом и чувством. Но природа отказала нам в этом благе, сообщив нам лишь весьма немногие понятия такого рода; все другие приобретаются только путем рассуждения. " Если Бог есть, то он окончательно непостижим, так как, не имея ни частей, ни пределов, он не имеет никакого соотношения с нами. Поэтому мы не способны познать ни что он, ни есть ли он. Раз это так, кто осмелится взять на себя решение этого вопроса? Только не мы, не имеющие с ним никакого соотношения.
Как же после этого порицать христиан, что они не могут дать отчета в своем веровании, когда они сами признают, что их религия не такова, чтобы можно было давать в ней отчет? Они заявляют, что "в мирском смысле это безумие. А вы жалуетесь, что они вам не доказывают ее! -Если бы стали доказывать, то не сдержали бы слова: именно это отсутствие с их стороны доказательств и говорит в пользу их разумности.
Я катастрофически ничего, просто ничего не успеваю. Почему домашние дела никогда не заканчиваются? Стоит зайти в ванную - грязные полки, пыльное зеркало, две разные стирки, требующие ремонта стены и пол... Зал - захламленный стеллаж, требующие стирки подушки, бездна шитья, куча непрочитанных книг... Кухня - грязная посуда, лишние вещи в холодильнике, неукупоренный сироп... А ведь отпуск, есть бездна времени. Как так, а?
IMG_2699

Tags:

post

Оригинал взят у australopitech в post

Profile

Джонни, кот
vetyk
Записки неисправимого романтика

Latest Month

June 2014
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner